Стихи

---

Пасха

Две тысячи двадцать два года назад
Христос воскрес, победив ад.
Смерти противопоставил смерть
И нам велел потерпеть.

Друзья! Несу вам благую весть:
Сегодня Христос снова воскрес!
Солнце сияет во облацех!
Уныние — грех!
С Пасхой — всех!

24 апреля 2022

***

Господь запрятал эндорфины
В виолончели и любви
И только veritas in vino
Увы

13 мая 2022

19

Плюс девятнадцать.
Рваные кеды.
Хендрикс в наушниках.
Первый день лета.
Питер. Фонтанка.
Бутылка кагора.
Мне девятнадцать.
Сессия скоро.

1 июня 2022

***

Мне ночью снился негр лиловый
Он ждал с манто когда антракт
Но подавал его немного
Не в такт

1 декабря 2022

***

Какая разница для гейш,
Уставших пить портвейн,
Джон Милтон Кейдж или Ник Кейдж,
Кобейн или Колтрейн?

14 декабря 2022

***

Мама

Мама не спит —
Мама звонит.
Мама спрашивает:

Погладить рубашку?
Завтра ответственный день.
—Тебе не лень?
Думаешь, я не справлюсь?
Я запросто.
Мам,
Я сам.
Я все уже знаю, мам.
Господи,
Неужели не надоело?
То и дело
Одно и то же
Напоминать!
Мать,
Сколько можно!

Осторожно,
Мама,
Ты хорошо себя чувствуешь?
Может, поешь?
Может, поспишь?
Ишь,
Ну ты запраздновалась!
Не пей!
Смотри: косплей-
Вечеринка у нас.
Придешь?
Там одна молодежь!
Ты будешь мешать,
Мать!

Мама, скинь сотку.

Мама,
Из чего мир соткан?
Мама,
Аж
Страшно!

Мама,
Замолчи!

Мама,
Я потеряла ключи!

Мама, забей,
Это все ернуда!
Мама, а жить когда?

Мама, ты точно готова лечь?
Не перечь.
Я делаю, как прописал доктор.
Ты слышишь?

Я справлюсь.
Я выросла!
Мама!
Нет никакого смысла!

Мама, зачем?
Почему все так?

Ништяк!

Мама, знаешь, во мне никакого толку,
Все в топку.

Может быть, ты
Расскажешь,
Как дальше?

Мама,
Ты не понимаешь
Ничего.
Нет,
Ты не знаешь.
Это другое,
Мама!
Что же такое,
Что же ты делаешь?

Мама,
Жизнь
Все меньше.
Мама,
Как трудно быть женщиной.

Мама, привет.
Как дела?
Мама, вот все мои цветы.
Я родила.

28 декабря 2022

***

Обнимаю старый пиджак,
Пустой рукав.
Сразу с вешалки он кажется
Просто устав-
Шим, —
Всё же
Я надеюсь на миг, 
Что ткань, осознав,
Обнимет в ответ
Тоже.

16 октября 2023

***

Первый весенний день.
Падает снег.
Я спокойна.

1 марта 2013

Моряки

Если я не поеду с тобой в далекую даль —
Я не расстроюсь
Нет, я не расстроюсь —
Не стоит.
Ты продолжай так думать, мне ведь не жаль:
Я больше не плачу.
Нет, плачу.
Не скрою.

Биение сердца совпадает с биеньем руля —
Кривая дорога
Или разбитые этой дорогой
Колеса?
Я точно знаю, кто здесь капитан корабля,
А я только юнга
В тельняшке в полоску,
Прячущий
Слезы.

11 июля 2009

***

Я бы с таким удовольствием переехала в Ленинград!
Мне нужна там работа, квартира, няня и детский сад.
Остальное — сырость, пронизывающий ветер, Неву и грусть —
Я сама себе с таким удовольствием организую уж как-нибудь.

Мне придется продать ненужное, чтобы ненужное же купить.
Мне придется увидеть, как сбываются мечты, и продолжить жить.
Я уже полюбила тебя тысячу миллионов веков назад —
Этот чертов воздух, Спас на крови, Сайгон, Ленинград.

22 сентября 2008

А я сегодня на мото.
Я опять меняю работу.

Голос в телефоне «да что ты!»
А утром в субботу —
Смерть.

19 сентября 2008

Лето

Никаких стихов, никаких слов, только успеть  «привет»,
А потом — гори все огнем, никаких обид, никаких бед.
Да что же это случилось — устала спрашивать и получать ответ:
Это просто лето, заяц, обыкновенное лето, каких много лет,

Каких много лет мы ждали и, кажется, дождались.
Зубы стынут — не по зубам мне такая сладкая жизнь.
Я буду молчать и слушать: кружись, мой волчок, кружись,
Я буду тихой и младшей, только скажи.

21 августа 2008

***

Я чувствую себя слишком юной и слишком старой.
Если у тебя оппозит — есть разница — урал, субару?
Я жду слишком скоро, когда последует кара.
Я Сара.

Какие же перекошенные рожи у всех — просто даешься диву!
Я точно знаю людей, для которых люди — красивы,
А я смотрю как баран и ржу, словно мерин сивый, –
Viva!

Мне следовало бы продержаться еще полгода — и было бы мило,
Но видно, на эту жизнь уже не хватает силы,
Поэтому я хватаюсь за соломинку, за грабли, за вилы,
За жилы.

Я жидкая манная каша, размазанная по стенке,
Я сладкая каша, нет ни комочков, ни пенки.
Уколов боюсь так сильно, что дрожат коленки
И венки.

Я чувствую себя слишком старой — и слишком юной.
Отбрасываю прошлое нахуй, чтобы уподобиться гуннам:
Ни стыда, ни совести, ни рефлексии, а Клуни –
Раз плюнуть.

Я просто замшелый пень, на котором вдруг вырос листик.
Мистика.

15 августа 2008

Алтай — Новосибирск — Омск

Я готова  креститься на белые знаки населенных пунктов,
Перечеркнутые наискось красным, и убегающую разметку.
Я готова слушать двигатель, как песнь Нибелунгов, —
Так слагается эпос от Новосибирска до Омска, детка.

Я глотаю дорожную пыль и дым сигарет, а похоронный пепел
Солнечный ветер разносит по гнилой сибирской равнине.
Ночные тормозные огни кого угодно научат отделять зерна от плевел —
Редкое человеческое умение, известное вождю журавлиного клина.

Радугой может называться АЗС, магазин или, представь себе, — радуга:
Чуйскому и Бердскому тракту по приколу показывать чудо.
А меня пересчитывать километровые столбы колесами радует,
И я это делаю с упрямством законченного зануды.

От Новосибирска до Омска 660 — и хоть ты тресни.
Гнилые березы, и некоторые поля засеяны, а некоторые так.
Ограничение 70. ДПС. 50. Не дорога, а песня.
Желтые алтайские звезды — битком в мой огромный рюкзак.

11 августа 2008

***

Для некоторых умереть от горя было бы лучшим из случившегося.
Я же не позволю себе даже расплакаться,
Только попробую перышки получше уложить, почиститься,
И вот, нате, я такая новая вся.

 9 августа 2008

Зеркало

От меня, говорят, остались одни глаза,
А в них, говорят, душа-егоза,
А в них чертенята зажигают свет,
А у меня сваливается браслет,

А я боюсь потерять кольцо,
Потому что потерянное лицо —
Мое приобретение за последний год,
Если, конечно, зеркало не слишком врет.

8 июля 2008

Подарок

На ней тертые джинсы и черная водолазка.
Она иногда ждет принца и хочет любви и ласки.
Она распускает волосы, она хочет нравиться всем,
Она разгуливает по лесу, по нашей средней полосе —

По дождю, бесконечной грязи и солнечным грибным полянам:
Ей хочется пуститься в пляс, и для этого нужно быть пьяной.
Она любит двести удовольствий из ста, ей все кажется мало.
Она смиряется во время поста, но после — пиши пропало.

Девочка-адреналин, ей любуются разные люди.
Каждый для нее господин, ему голову свою на блюде,
Саломея-самоубийца, она дарит, опустошенная смехом.
А после девочка в джинсах улыбается, и ее нет. Уехала.

17 июня 2008

Одиночество

Одиночество:
Один. Ночь. Колдовство.
Желаний неистовство.
Каждую ночь — один,
Во сне —
Сам себе господин:
Покрывалом накроешься
И беспокоишься
О себе, доме, двоюродном брате,
И тут — нате —
Проваливаешься в сон:
Одеколон,
Лошадиные морды,
Обрыв — хоп! Летишь к черту!
Боишься,
Бесишься,
Мечешься в постели,
Пока еле-еле
Не сделает все черно-белым
Рассвет.
На нет
Нет никакого суда:
Просто — некогда
Судить,
Рядить,
Огород городить.
Пока ты одинок –
ОК.

22 мая 2008

Раздвоение личности

Я на нее смотрю — а она грустит.
Улыбаются морщинки у глаз — и только.
А пальцы в кольцах, рубашки батист,
Завитки у висков — до того тонкие,

До того трогательные, что сейчас,
Кажется, станет прозрачной кожа.
Она улыбается уголками глаз:
«Не может быть. Со мной точно не может».

И я догадываюсь, это — всерьез:
Она слишком спокойна и решительна — слишком,
Она улыбается, а я мысленно — в нос
С размаху бью непонятливому мальчишке.

21 мая 2008

Звезда

Ане Закандыриной

Ты не обнимешь, ты смотришь хитро,
Тебе не сидится на месте,
Ты пролетаешь подо мной в метро —
Ты, вероятно, песня.

Я тебя знаю несколько лет,
А помню — минут восемь.
Это потому, что ты — лучом света,
Маленьким ураганом проносишься

Мимо, все время мимо меня
Каждый раз к новой цели:
У тебя миллиард важных занятий,
Более ценных.  

Ты компактный запас динамита:
От тебя жар — внутри.
Весь мир золотой краской залит —
Посмотри!

6 мая 2008

Преддверие

Мне тридцать два года, мне скоро будет тридцать три.
Посмотри на мои волосы, на худые колени мои посмотри.
Я люблю оранжевый цвет, мотоциклы, музыку и слова.
Из телефонов моих знакомых триста — друзей, а недругов — только два.

У меня есть дочка, белокурый ангел, хитрая бестия трех с половиной лет.
Она придумывает рифмы, складывает паззлы, не ест обед.
Ее мир состоит из мультфильмов, музыки и новых слов.
Она играет в зайца, дружит со мной, не спит, знает про любовь.

И да — я крашу ресницы, покупаю платья, а джинсы — ношу,
Крепко держусь за руль, а куда ехать — никак не решу.
Я ничего не знаю, я знаю все и знаю, что я права.
Я вижу новые горизонты, у меня захватывает дух и немного кружится голова. 

21 апреля 2008

Боулинг

Я по тебе соскучилась, детка, зайка,
Весна грохочет, а снег почернел и растаял.
Кусаю пальцы — не складывается мозаика —
Надеюсь, сойдется примерно к началу мая.

Я по тебе скучаю — неужели не видишь?
Может, сходим куда-нибудь? — до пятницы я свободна.
От переводов сказок на фарси и на идиш
В конце апреля уеду, пожалуй, в Гродно.

А может, чаю?
А может, пьянящего чаю
Выпьем в жеманном кафе неоправданно медленно?
Солнце хохочет, ветер дует, детка, скучаю –
Скучаю по ярким играм с шарами и кеглями.

28 марта 2008

Поздравляю всех теток с 8 марта

У нее шуршащая юбка и высокие тонкие каблуки,
У нее гибкая талия и шаги легки.
Она смотрит в окно, где зима с весной продолжают бой.
Она бежит со всех ног на работу, само собой.

Она думать забыла, что праздник и вообще весна,
На вопросы о жизни смущается докрасна:
Где уж мне, засмотревшейся на баталию за окном,
Разобраться, где свой, где чужой, где дом?

Она без зависти смотрит на вазу подруги, ломящуюся от роз:
Она рада, что той достался жених, богатый, как Крез.
А сама — даром что тонкая вся и шаги легки —
Вечно смотрит в окно и загибается от тоски.

7 марта 2008

Масленица

Ничего интересного не приходит в почтовый ящик,
Только весна наступает все смелее, и солнце почти палящее,
Дамы в норковых шубах и ботильонах выглядят все смешнее,
Я пытаюсь повернуть руль, и новый ветер мне дует в шею.

Все перемены вместе не означают лета.
Каждая из зим заканчивается, и весь год ее ищешь где-то,
Каждая из зим насыпает сугробы, намораживает лужи,
И ты потом в теплых сапожках ждешь весны, думаешь, что она лучше.

Неожиданно расступается небо, и птицы орут как подорванные,
Неожиданно высыхает проезжая часть: солнца — прорва!
Самые смелые девочки знают, что уже пора, и юбки все короче.
Это такая масленичная игра — вдыхай и делай что хочешь.

7 марта 2008

День св. Валентина

Это тебе от меня — подарочек.
Можем курить тайком, в рукав,
Можем бродить среди влюбленных парочек,
Можем — много каких забав.

Главное — не обращай внимания,
Как я рассматриваю тебя весь день
И как я прячу руки в карманах,
И что прищуриваться мне не лень.

Ты лучше гляди — зажигают фонарики,
Снега нападало (дворники — пьют),
Вечер, Москва —
Нам с тобой это на руку:
Наши часы никуда не идут. 13 февраля 2008

Ленинград

Думаешь — Ленинград манит так, что остаться грешно?
Думаешь — кинем пятак, а там — орел или решка?
Красными стрелами мы изрешетили город —
Узники всей страны, кто не на его просторах.

Знаешь, в какую высь ведет лестница на Исакий?
Знаешь, я такой идиот, чтобы с крыши смотреть и плакать.
Питерский ветер свистит на верхотуре храма.
Пусть у меня будет отит, пусть видно одну рекламу,

Дайте мне ветер весь унылыми легкими скомкать!
Незащищенный секс — эти московские гонки.
Медный зеленый карниз — последняя земная веха.
Может быть, все–таки — вниз?
Или домой уехать?

12 февраля 2008

Дорогому другу

Я в тебя влюбилась запросто:
Мы знакомы вечность целую.
Наберусь, пожалуй, наглости,
Улыбнусь и пальцем сделаю —

Поманю — и ты останешься,
Будешь пить отраву сладкую,
Для меня играть на клавишах,
Развлекать меня колядками.

Ну а если будешь жаловаться
Или я устану нежиться,
Отпущу тебя, —
Пожалуйста,
На рассвете можешь вешаться.

7 февраля 2008

***

Руки опускаются –
до чего прекрасен мир,
которого я, оказывается, совсем не знаю!
И боюсь, что мне некогда —
совершенно некогда
посмотреть на все —
ну хотя бы на многие –
чудеса света.
Как будто я сижу в клетке,
которую везут в цирковом фургоне
через весь огромный мир,
а я за раскрашенным холстом даже не вижу,
по какой дороге бредет наша кляча.
Я в тоске и восторге
выпрыгиваю на дорогу,
что есть духу бегу за фургоном,
оглядываясь вокруг,
боясь его потерять…
Сырой ветер
ерошит мне волосы,
солнце
пускает
стаю зайцев мне вслед,
жухлая трава
пригибается,
тень от фургона
скользит по холмам.
Я запрыгиваю обратно.
Сердце выскакивает через горло,
слезы.
Я просто хотела наружу.
Жаль.

5 февраля 2008

***

А хочешь — голубым небом, заколдованным лесом я буду,
Рыжими волосами устелю землю, слезы вытру,
Хочешь — уеду далеко и останусь рядом где-то,
Чтобы следить, как медленно ты держишь чашку.

Я могу желтой июньской розой или древним камнем
Наблюдать, чтобы дрогнули твои губы,
Отразить в глазах все снежинки, все искры,
Все двести девяносто бесконечных чудес света.

Я могу танцевать восточной рабыней
Или в оранжевом жилете прислушиваться к ночи:
Не стучат ли колеса чужого мира,
И улыбаться так, чтобы пели рельсы.

31 января 2008

Бокс

Я прямо под дых, прямо апперкот — себе сама:
Уйти от всех, скотчем заклеив рот, — не много ума
Надо, и я, развернувшись, боксирую, как нельзя.
Бокс — это если в шахматах пешка сожрет ферзя.

Господи, дай мне немного терпенья и много сил!
Кажется, эти перчатки и шорты уже носил
Кто-то, кто до меня был мальчиком для битья,
Ринг освещен и канаты: мальчишкой должна быть я.

Ближний жестокий бой: не отступишь, и глаз заплыл,
Каждое слабое место лупцую что было сил.
Рефери в теннисных туфлях закуривает и гасит свет.
Я у себя на кухне варю обед.

28 января 2008

Снег

Снегопад прошел.

Вновь чирикают птицы.

В разгаре январь.

22 января 2008

Снег

С неба падают кресты,

Под крестами — я и ты,

Под крестами — мы с тобой:

Снег идет над головой.

22 января 2008

Зима

Благая весть:
Зима есть!
За окном — молекулы
Снега.

22 января 2008

Шампанское

Шампанское отлично идет с утра,

Когда все равно — рано вставать или жара,

Когда в уголочке стерильной кухни,

Как и в душе, что-нибудь протухло:

Стоит, а выкинуть — неприятно.

И тут замечаешь еще какие-нибудь пятна,

Невымытые сковороды… — и закрываешь дверь

С хрустом. И шампанского в фужер.

22 января 2008

Дом

Да, цвет лица у меня не очень,

И эта зима меня доконает,

И этот коньяк, и бессонные ночи,

И этот заснеженный вид из окна

Без занавесок, и пыльный придверный

Коврик, соскучившийся по уборке,

И непривычно без денег…

Наверное,

Надо купить хоть какие-то шторки.

24 декабря 2007

Пятница

Я уже прямо не знаю…

Просто зла не хватает:

Пустите меня полетать немного,

Ради Бога.

Я никому не наделаю бед,

Потому что сто лет в обед

Нигде не была,

Пустите, была ни была.

Ну и что, что колготки

И даже сережки. Водки

С соком —

Все дела боком,

Я только послушаю музыку!

Такие нагрузки

Для моего позвоночника

Нужны очень.

7 декабря 2007

Ф. И.   

Я в тебя влюблена. 

Давно —  

Навеки —  

Мне кажется, 

Навсегда. 

С тех пор, 

Как мы встретились на 

Ветру —  

На ветке 

«Выхино». 

Это название гор? —    

Деревушка, куда 

Ни до, ни после 

Не ступала твоя 

И моя 

Нога. 

Почему-то ты звездами 

Был мне послан 

В эту зиму. Сугробы, 

Ветра, снега —    

Почему-то и холод, 

И вечер снежный 

Стали жарким утром —   

Стакан до дна. 

Эта встреча 

Тогда 

Была неизбежной. 

Я давно это знаю. 

Я влюблена.   

Конец мая 2005   

* * *   

Ф.И.   

Я схожу с ума: не видела 

Я еще такого светлого. 

Нет — такого удивительного. 

Сколько зим жила — не ведала,    

Что Измайлово да Марьино —   

Две такие точки близкие, 

Что зимой такое марево 

Будет вновь меня разыскивать.   

Неожиданно-негаданно —  

Вдруг зима настала снежная: 

Снег все падает и падает. 

…Не было такого нежного…   

4 января 2001     

* * *   

А.К.   

Я люблю тебя жутким образом, 

Я, смиренная, тебя жду, 

Чтобы ты своим чудным голосом 

Меня, нищую, вел по льду.   

Я молюсь твоей легкой поступи 

И, слепая, ступаю в след. 

По земле ты идешь пред Господом, 

А меня здесь и вовсе — нет.   

Я предсказываю присутствие. 

Мне, убогой, объятья — сон 

Для стремящегося без устали 

В этот женский, грудной полон.    Весна — лето 1999     

* * * 

М.С.   

В опасной близости от Вашей —   

Моя рука. 

Что после мы друг другу скажем,  

Наверняка   

Ни я, признаюсь Вам, не знаю,  

Ни Вы, мой друг. 

Не лучше ли прожить друзьями 

До смертных мук?   

15 ноября 1999     

* * *   

Рояль 

черно-белые зубы выставил, 

Кусает пальцы, злое животное. 

С ним  

только       

расстояние выстрела 

Есть относительно расстояние льготное.   

Рояль 

лягается. Падаль!! Кобылище! 

Если даже кормить его ласково, 

Выкрасит все на людском судилище 

Черно-белою клавишной краскою.   

Рояль —   

чудовище полированное —  

Кажет презрительно и не язык уже —  

Зубы нечищенные слоновые, 

Пасть целиком, ощерясь, выкажет.   

Рояль  

с рук моих мясо облизывает, 

Педалью чмокает сладострастно, и —  

В мире возвышенного пространствуя, 

Звуки Рахманинова нанизывает.              

05 ноября 1992     

* * * 

Посвящается И. Бродскому

И даже рассвет бывает синим, 

как вечер, но, 

Приспосабливаясь к отрезкам 

нехарактеризованного времени, 

И даже имея информацию 

о нужной степени тишины, 

Не всегда понимает, что именно он —   

Рассвет, а не то, что всего лишь 

Ничем не регламентированный конец 

рабочего дня, и, 

Весомо противопоставляя себя 

Спешащим ногам 

Прохожих, обращенным к земле,  

Ветки деревьев торчат наверх со значением 

Выполненного долга, то есть 

Если вчера наступила осень, и рассвет 

Желает происходить на западе 

и в восемнадцать часов вечера, 

То деревья сбрасывают листья и 

покрываются инеем, 

Согласно мировому распорядку 

ежесезонных полетов в Космосе.  

21 декабря 1994

* * *   

Я тоже хочу дитя 

Под сердцем носить 

И, этой дорогой идя, 

Сумею простить,   

Быть может, сотню причин, 

Может быть, две, —  

Мой ребенок кричит 

В моей голове  

Остриженной коротко 

Все еще. — Долог ум. 

Душит под узким воротом 

Душный сердечный ком.   

25 октября 1998

* * *    

У нас дома не живет Бог. 

У нас Богу подобен — вздох: 

Дух-душа испаряются вмиг, 

И в пару не услышишь — крик.   

У нас дома ничего не слыхать, 

Только поесть да в кровать. 

А кровать — гроб — кричи — не кричи —  

Не заметишь кончины.   

У нас дома лакомство — сон. 

Гемикрания плавает сомом. 

Сомой лечим, страдаем в коме —  

Вот такие дела в нашем доме.   

У нас дома полно вялых рыб —  

Мертвая зыбь. 

У нас давно не было Бога. 

Плохо.   

11 мая 1998 

* * *   

А. К.

От моей внезапной тоски 

Нет средств 

Лишь от всех — две твоих руки —  

Бед:   

Две — от дикого пути —  

Дом, 

Если дома не найти —  

Сон.   

И от страха у меня два крыла 

Есть. 

Как тебя боялась и ждала —  

Бог весть.   

15–16 февраля 1998      

* * *   

Сплю и вижу. Кручу любовь —  

Спицами нить — узорочье 

Шью и, за швом выполняя шов, 

Режу к чертям — оборочки.   

Ниткой крученой — змеей — землей —  

Светлым песком просыпалась —  

Время отмерила — батальон 

Серых мышей. Красы пала-   

Шом рублю. И машинным швом —  

Очередью пулеметной —  

Строчка. Змеи над белым лбом. 

Модный журнал — вот мот мой.   

Шью и вяжу. Миллионы змей —  

Ниток клубки — километрами —  

Путь мой — змеиный — земной не смей 

Спутывать мельницей ветреной.   

05 февраля 1997     

* * *   

Вздох шепотом слышится 

В ночной Москве. 

Единственной пишется, 

Не спится мне. 

Дела нет спящему 

До сигарет. 

Лето обрящем мы 

Или нет? 

Холодно, муторно. 

Ночь без сна. 

Скоро ли утро нам 

Даст весна?   

декабрь 1995 — январь 1996     

* * *   

А.К.

Я больна — ты знаешь? — я больна. 

Мне болеть, ты знаешь, не с руки, 

И тревожно снятся огоньки, 

И зима некстати солона.   

Все пройдет — ты знаешь — все пройдет, 

Не горюй, не стоит — дальний свет. 

Только пепел Пирровых побед 

Будет снежно падать через год.   

12 января 1996     

* * *         

А.К. 

Волосы накручивая на палец, 

Не следует думать, что это 

Выросшая мгновенно, в запале, 

Внезапно, на одно лето, 

Но все же нескончаемая, но все же 

Бесплатная, в виде приложения, 

Незнакомая, ни на что не похожая, 

Лю- растянутая -бовь. Ложь. Гений. Я.     

10 октября 1995     

* * *   

А.К.

Лю- — просто, 

Несмотря на 

То, чего еще не 

Было, а если и 

Есть, то не  

Глядя туда, 

Где еще не  

Был никто, 

Неукоснительно 

Ощущая при- 

Косновение старых, 

Как старая  

Боль, друзей и  

Прошлых, как  

Прошлое или как 

То, чего еще не  

Было, любовников, 

А также неза- 

Бываемых 

Лиц и лице- 

Меров, про- 

Ходящих по у- 

Лице, по лицу  

Земному моему, 

Но вы- 

Кинуть все э- 

То куда по- 

Далее, куда  

Только по- 

Мыслит душа, —  

Золотом, сере- 

Бром, ус- 

Покоясь душой и 

Сердцем, — -бить.    15–16 декабря 1995  

* * *   

Для вышивки 

Мне не нужно канвы. 

Сумасшедший до выписки 

Вышил бы лучше, чем то, что я вы- 

Шью; но не нужно, 

Я люблю так, без пробы, 

Чем придется, ужинать, 

Что дадут, чтобы 

Дали в следующий 

Раз (не привереда), 

Никогда не обедающей: 

Мне без обеда 

Вышивается, вяжется 

В безумных душах 

Лучше, чем кажется, 

Куда лучше! —  

И вы-шиваю —  

И шью наружу —  

Налицо — на лицо натягиваю  

Души.   

10 августа 1995     

* * *   

Творчество выжато, как лимон. 

Я выжат лимоном 

В окружающее пространство шара, 

Я выжат, и воздух вокруг меня 

Полон лимонным соком, 

Лимонным соком и запахом; 

И лимонный запах 

Рождает  

Воспоминанье о целом лимоне, 

О свежем, желтом, мясистом лимоне,  

Полном соков и запахов, 

И о том, 

Как он был выжат, 

Как были извлечены из него 

Его соки и запахи 

В окружающее пространство шара: 

Быть может, в чайную чашку, 

Быть может, в тесто для торта 

Или в малиновое варенье, 

Чтобы избавить его от излишней  

Засахаренности в будущем; 

А также воспоминанье 

Обо мне, посредством лимона 

Мгновенно сотворившей, 

То есть 

О творчестве, пустившем сок.   

20 ноября 1995     

***   

Не жена тебе — так, злодейка —  

Не судьба — упаси Господь 

Мне назваться судьбой! — Копейку 

Стоит дух мой и жаркая плоть!   

Ненавистны мне эти цепи! 

Одинокий лесной зверек, —  

Я пониже надвину кепи, 

Душу спрятав под козырек.   

Одиночеству ты не пара, 

Как не пара любой другой: 

Я в масштабах земного шара —  

Малолетний мальчик нагой.   

16 февраля 1999     

* * *   

Ломтем лимона плавает луна 

На дне окна, словно на дне стакана, 

И льется нить льняного полотна 

И, кажется, заштопывает раны.   

Как Моцарт в обработке хитреца, 

Стоит ноябрь, удушенный в сугробах. 

Он ждет конца. 

И осень ждет конца. 

Конца не в меру долгой зимней пробы.   

26 ноября 1998

* * *   

Ночь близорукая щурится в окна, 

Ищет меня, медноглазое чудище. 

Здесь я! в окошке со шторами скомканными 

Лапы твои вижу — жадные, злющие.   

Ночь обезумела, рвется и мечется: 

Ей в темноте ни за что не поймать меня! 

Я не дышу, но колотится сердце —   

Выдаст! 

Ночь в тьмою исчерченном платье   

Рвется в окно, безобразная, юная, 

Душу бессмертную пальцами заживо 

Схватит, но в морду зубастую плюну я, 

Все между нами конфликты заглаживая.   

05 августа 1994

* * *   

По параллелям переулков 

Инкогнито слонялся вечер, 

Хмельной, как мякоть сдобной булки, 

И, как случайности, беспечный.   

И полная луна светилась 

Единственным здоровым глазом, 

И тень пугливая носилась, 

Темнея ночно раз за разом,   

И фонари с иезуитством 

Головками качали нервно. 

Забывшись, вечер сибаритствовал 

И лил вино, ругаясь скверно.   

И вечер плакал и смеялся 

И целовал автомобили, 

И ночь, по правилам, за вальсы 

Его в который раз убила.   

Он улыбался против правил 

И нес себя во тьму окраин, 

Забыв, что он сегодня Авелем, 

А ночь запомнила, кто Каин.   

И невозможное свершилось, 

Хоть постепенно, хоть не сразу… 

И полная луна светилась 

Единственным здоровым глазом.   

04 сентября 1992     

* * *   

Я мир восприму без тебя, 

Как перья без птицы, как голос —  

Без нежного горла, как ля —  

Без гаммы, как некогда голый   

Ребенок стесняется мать,  

Как пену морскую — без моря… 

Я мир не смогу воспринять 

Без горького-горького горя.   

12 ноября 1999

---

Не зеленые, не синие
И не карие, как мед, —
Все ж глаза мои красивее
Всех немыслимых красот!

Не стальные и не ржавые,
А с каймою золотой,
Близорукие, лукавые,
Серые, как снег весной.

Или если небо хмурится,
Тоже мне подходит цвет.
Но с осенней тусклой лужицей —
Ясно всем — сравненья нет!

Серый цвет — почти серебряный
Колокольный звон колец,
Сизый голубь, ветер ветреный…
Тут и сказочке конец!

---

А кому моя любовь
Может пригодиться?
Кролику нужна морковь,
Свежий ветер — птице,

Тигру — мясо, дом — коту,
Слону — шоколада…
Неужели никому
Женщины не надо?

---

Я прекрасно знаю, что плохо выгляжу:
Маленькая женщина в чем-то вязаном.
Я так одинока, что это не выскажешь,
Тем более что об этом и так все сказано.

Жизнь пролетает монашьими четками:
Бусины мчатся, догоняя друг друга.
Мне уже двадцать пять отщелкало,
А я до сих пор еще чья-то подруга.

Жизнь мою переделать надо бы,
Рассыпанные бусы собрать воедино.
Где бы достать колдовское снадобье
Поскорее? В моих волосах — седины.

---

В.Б.
Отведи меня в луна-парк,
Покатай меня просто так
И купи мне сахарной ваты.
Мы с тобою одним богаты:
Твоей молодостью, моей
Неизбывной тоской о ней.

Угости меня коньяком —
Перестану жалеть о том,
Что ты слишком молод.
Небрежно,
Согревая под мехом медвежьим
Ледяные осколки пальцев,
Буду плакать и буду жаловаться.

Не беда, что душа горит!
Мы ведь выдержим этот ритм —
Мы, послушные слуги темпа!
Может быть, это все нелепо,
Но —
Я отлично держу размер,
Слишком юный мой кавалер!

10 ноября 2000

---

Глотаю горячий дым,
Шагами меряю сны,
Глотаю помады нимб,
Глотаю слезы с ресниц,

Глотаю жизнь напрямик —
Хлебаю где солоней.
Задумываюсь на миг
И снова бегу за ней

Вприпрыжку.
Мне двадцать пять.
Я знаю — настал момент:
Пора перестать глотать.
Останется — внутри вен.

15 ноября 2000

---

Я знаю: опять зима, я знаю: ветер в лицо
Теперь лишь сквозь воротник, насквозь продувая шубу,
Напомнит горячий асфальт.
Вчера потеряла кольцо
Серебряное. И губы
Кусая, опять сижу, ночами опять не сплю
И, ноги поджав, смотрю в окно: к горизонту — башни.
По-девичьи принца жду, по-юношески люблю,
По-старчески день кляну, оглядываясь на вчерашний.

18–28 ноября 2000

---

Никак не могу смириться
С женской моей судьбой.
Не женщина я, а птица,
Удел мой — летай и пой!

Только мне мало кто верит
И, приведя домой,
За мной запирает двери:
Удел — убирай да мой.

Можно сбежать и взвиться,
Оставшись самой собой.
Но — женщина я и птица.
Не выдержать этот бой.

21 февраля 1999

---

Вздох шепотом слышится
В ночной Москве.
Единственной пишется,
Не спится мне.
Дела нет спящему
До сигарет.
Лето обрящем мы
Или нет?
Холодно, муторно.
Ночь без сна.
Скоро ли утро нам
Даст весна?

декабрь 1995 — январь 1996

---

Просто дома у меня — больной.
Просто плюнь на меня: черт со мной!
И пойду восвояси, горбясь,
Свою ношу неся скорбную.

И коленями упрусь в пол,
А в изножье кровати — лбом.
И в извечной позе смиренной
У тебя попрошу прощения:

Взял бы, милый, с собой меня,
В путь свой длинный, вовсю кляня,
Можешь бить и за косы драть,
Но нельзя же так — умирать

Одному…
6 июня 2001

Расставание

Пуста невыразимой болью
Моя походка:
Как конский волос канифолью
Натерта пятка.

В блеске сентябрьского утра.
Колец и сказок
Покажется знакомой сутра
Дворца Дель-Плаза.

Аккомпанирует Москва.
Я знаю точно:
Мои слова — едва канва,
Конец — воочию.

19 сентября 2000

---

---

***

Отравлена!
Тяжело жить…
Надо бросать курить.

---

К сентябрю уже все созрело:
Есть счастливицы, есть счастливцы.
У меня же сплошное тело
Разучившейся петь жар-птицы.

Только жар мне остался птичий,
Только медленный уголь Феникса —
Отыщите десять отличий!
От себя никуда не денешься.

Без души я совсем ослепла:
Дым мне выел сиянье глаз.
Помоги мне восстать из пепла:
Пепел — уголь, уголь — алмаз.

---

Я люблю тебя по-прежнему
Вопреки бурану снежному.
Через пуха тополиного
Стены — до тебя, любимого,
Дотянусь, руками тонкими
Обовью, и песней звонкою
Разгоню все чары злобные.
Все сокровища загробные
Отдаю за узы грешные!
Я люблю тебя по-прежнему.

---

Никогда не скажу: «Ты мой!» —
Я для этого слишком слабая.
Ночь накрыла тебя со мной
Своей синей шелковой лапой.

Я смотрю, ты и впрямь устал
От разборок с туманным утром:
Ты как будто стройнее стал
И чернее вроде как будто…

Заменить бы тебе меня
На другую, сильнее и выше
И быстрее… Рассвет гонял
Поздних кошек по ранним крышам.

---

Тайна, связывающая двух:
Тайна сплетенных волос и рук,
Насмерть спаявшая вздох и крик,
Невыносимая для двоих.

Тайного — лишь моего! — плеча
Крепость. Пылающая свеча,
Тайных мыслей двойная сеть —
Тайна, которую — не стерпеть,

Тайна, которой названья — нет.
В душу стреляющий пистолет.
Солнце, поднявшееся из тьмы:
Из наших «я» — рожденное — «мы».

---

Февраль опостылел.
Война затянулась,
И слишком простыли
Московские улицы.

Простуду не лечат.
Болезнь прогрессирует.
Лишь ветер да вечер
Назначен визирем.

Пространство игольчат
Февральские вьюги.
Февраль рожи корчит,
Но битвы на юге

Не выиграть: марту,
Апрелю и маю
Гадает на картах
Спасавшая Кая.

---

Вере Тименчик

Мне кажется, что ты меня взрослей,
Что все тебе известно отродясь:
Между кромешной юностью твоей
И веком будущим — незыблемая связь.

Живешь тысячелетья на краю,
Реальности не ведая утраты,
Остриженную голову свою
Всем четырем — восьми! — отдав ветрам.

Я думаю, аналог твой — верлибр
И ветреные жители высот.
Я знаю: ценность мира — соль земли —
В тебе одной сокрыта — до и от.

---

Киммерия. Позабытое царство.
Боги спят у себя в колыбели.
Божий город — Феодосия — даст вам
Все утраченное. Мифы пропели

Уже слишком давно. Все забыто.
Мы одни. Только море и скалы.
У рыбачки разбилось корыто,
Да и рыбка золотая пропала.

---

Прогоняю тебя — от века!
Что-то выгорело внутри.
Ты не слышишь предсмертного клекота.
Ты не цедишь — из воздуха — крик.

Не покину тебя — не шутка:
Все предшествующее — вниз!
Я в любовную пропасть будто
За границу — без всяких виз!

Не за эту — за ту границу!
За единственную — домой!
Не мешай своей райской птице
В вечность кануть, любимый мой.

---

Не дом — меня ждет домовина,
Землянка на девять сажен,
Гончарная клейкая глина
Рисует мой профиль уже.

Ей некогда ждать: свято место
Не будет пустым без меня,
И ляжет там чья-то невеста,
А может быть, чья-то жена…

Поглотит, раздавит — укроет
От тысяч житейских невзгод.
И тоненько голос завоет
По той, что навеки уйдет.

---

не найдя чего искала —
то ли смысла в жизни бедной,
то ли в стоге сена что —
вновь бродяга я по чувству,
неизменному и злому
и пустому, как душа.
Мир бросается на плечи;
Не ищу; конца и края;
В будущем покоя нет;
Не хочу; вам всем одно лишь;
Решетом мы воду носим.
Не готова отвечать.

---

Возможно, по ночам, при лунном свете,
Летящие на юг или на север.
Кричат и гибнут незаметно птицы,
Случайно целой стаею столкнувшись
На темных перекрестках, в небесах.

---

Я думаю о том, что мимоходом
Судьба играет в салки не со мною,
И что она доверчиво не плачет,
Когда ей крикнешь походя: не плачь!
Я знаю то, что нас не понимают,
Когда мы сами смотрим непонятно
Иль делаем восторженно котлеты
На огневище наших сковород.
Что делать! Для действительности ясно,
Что ты не прав, что небосвод зеленый,
И что для полноты картины мира
Нам никогда не хватит папирос.

---

Я никогда не мог воедино собрать стихи.
Я вообще ничего воедино не мог собрать,
Даже жены моей и квартирные за-пахи,
Даже постельный ворох не складывался в кровать.

Я неудачник, бездомный и бесталанный я.
Я некрасивый, и с женщиной нелюдим.
Только одна, не влюбившись, ста-ла моя,
С ней и горюю и с ней свожу воедино.

Птицы кружатся и в стаи слетаются.
Их не собрать, и не надо, и пусть летят.
Классифицировать птиц давно собираюсь я,
Только птиц нет, и лишь ветер кричит, крутя.

---

Гаснут огни…
Давно уже гаснут огни,
Один за другим,
С неизбежностью ночи.
Город темнеет,
Как будто по городу ходит
Грустный фонарщик
И жезлом печальным своим
Гасит огни
Один за другим.
С каждой ночью все меньше огней
Загорается вновь.
Город спит.
Неизвестно, когда он проснется.
Неизвестно, проснется ли он.
Медленно гаснут огни
Одни за другим.
Город свету не верит.
И только
У меня в окошке есть свет,
Но стареющий грустный фонарщик,
Конечно, дойдет до обычного блочного дома.

На Рождество Христово

Все так же день уходит. Так же
Убранство праздничной иконы.
И дом двенадцатиэтажный
Зубами выставил балконы.

Дом — белый параллелепипед.
Снежинки падают, как перхоть.
И звуки пианино сыплет
С девятого балкона сверху.

И звуки сверху, как от Бога
Укрыли Hauptstadt вечерний:
Для Моцарта их слишком много
И слишком мало их для Черни.

И ненавязчиво и колко
Они толкнут к церквушке тихой,
А там внутри — кресты и елки
Пахнут свечой и облепихой.

---

Блондинка с папироскою
По улицам зашмыганным
Походкою неброскою,
Призывно задом двигая,

Плывет, глаза рассеянны —
Вокруг привычно, муторно, —
И на скамейку села б, но
Уж очень все замусорено.

И вот идет, красивая,
Неспешно и не медленно.
В ней чувствуется сила и
В ней чувствуется лето.

О смысле

Горячий
Сигаретный пепел,
Срываясь с кончика
Очередной сигареты,
Падает
С балконной высоты
На головы прохожим,
Превращаясь
По дороге в пыль,
Собственно, даже и не превращаясь,
А рассыпаясь,
Потому что он пыль и есть —
Прах, ничто;
И это ничто
Ежедневно
Падает
С балконной высоты
На головы прохожим,
Но не долетает,
Рассыпаясь
На мельчайшие частицы —
Атомы —
Как о том говорил
Эпикур.

---

Кончено. Дым в потолок
Ты посылаешь устало.
Ночь ли? Вина ли глоток?
Что тебе — холодно? Мало?

Что тебе — черт или бес —
Надобно здесь, у постели?
В мраморно выцветшем теле
Тот же мифический вес.

---

Это не мною писано,
Это всего лишь — истина,
Это любовью муторной
Вытянулась строка:

Вылилась ниткой белою —
Рифмой осоловелою —
То ли кофейник утренний,
То ли твоя рука.

Сколько всего загублено! —
Время ли нами куплено?
Чертова ль это конница?
Божия ли гроза?

Сколько всего доверчиво
Вытравлено, исчерчено…
С выструганной оконницы
Пялится стрекоза.